ПУБЛИЧНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ КАК ФАКТОР СТАБИЛЬНОСТИ В ОБЩЕСТВЕ

Наша сегодняшняя конференция посвящена памяти выдающегося ученого – представителя школы хозяйственного права В.С. Мартемьянова.

Валентин Семенович много внимания уделял восстановлению управляемости, плановости ведения хозяйственной деятельности в новейшей истории России, в том числе роли в этом государственной, муниципальной собственности. Его работы являются методологической основой научных исследований, проводящихся, в частности, в Институте экономико-правовых исследований НАН Украины под руководством академика В.К. Мамутова.

Одним из направлений современных исследований является проблематика публичной собственности.

Что следует понимать под “публичной собственностью”? Это вопрос, требующий в современных условиях развития экономической системы четкого ответа, сформулировать который представляется возможным, основываясь на позициях науки хозяйственного права.

Прежде всего, понимание публичной собственности находится в неразрывной связи с природой государства, предстающего в большинстве случаев наибольшим выразителем общественных интересов (как территориально, так и содержательно).

Когда приходится говорить о государстве, то представление о его имущественной основе деятельности, как правило, сводится к собственности лишь государственной. И это в некоторой степени правильно, если исходить из устоявшейся систематики форм собственности. В то же время, как свидетельствует практика правоприменения (и не только отечественная), в распоряжении государства как собственника находятся также объекты, субъекты которых юридически обособлены, но фактически не могут прибегнуть к реализации своих полномочий собственника иначе как через органы государственной власти.

В данном случае представляется, что следует вести речь об объектах права собственности народа. Важно обратить внимание и на то, что полномочия собственника от имени народа также реализуют органы местного самоуправления. Хотя последние одновременно выступают субъектами, отправляющими полномочия собственника от имени и в интересах соответствующих территориальных общин. В некоторой степени территориальная община представляется микропроекцией народа, что и оправдывает представительские функции органов местного самоуправления. Кроме того, в ведении органов государственной власти дополнительно находятся объекты, которые по своему назначению преимущественно направлены на удовлетворение социальных потребностей населения, что обусловливает их передачу в собственность территориальных общин.

В итоге следует отметить, что основу экономической стабильности государства составляют не столько объекты конкретно взятой формы собственности, сколько их определенным образом объединенная совокупность.

В.К. Мамутов предлагает широкий подход к пониманию публичной собственности, относя к ней не только государственную, коммунальную (или по вашей квалификации – муниципальную), но и собственность общественных организаций, созданных ими предприятий [1. С. 99]. Российский ученый В.Д. Мазаев относит к предметной части объектов публичной собственности государственные и муниципальные объекты [2].

Следует обратить внимание и на то, что в научных дискуссиях высказываются предложения о возможности отнесения к публичной собственности объектов и других форм собственности при условии удовлетворения во время их использования публичного интереса. В связи с этим достаточно перспективной выглядит точка зрения относительно характеристики коллективной формы собственности как публичной.

В целом заслуживает внимания наметившаяся в последнее время тенденция к достаточно активной разработке в исследованиях разной отраслевой направленности категории “публичная собственность”. Однако преимущественно ей уделяют внимание правоведы и экономисты.

В частности, в правовой доктрине встречаются различные подходы к пониманию степени содержательной определенности публичной собственности, о чем отчасти уже было отмечено выше. Как видится, все в конечном счете зависит от того, как понимать сам термин “публичный”.

Отождествляя его с государством либо, в более широком понимании, с публичными образованиями, наделенными властными полномочиями, приходится констатировать его идентичность с государственной и коммунальной (муниципальной) собственностью. И не только в плане состава и структуры, но и в части правового режима. Как видится, такой подход более практичен, но вряд ли может претендовать на раскрытие сущности самого понятия “публичная собственность”.

Узость понимания публичной собственности может быть преодолена, если представить ее как систему отношений, в которых ключевую роль играет именно общество в значении народа, территориальной общины. Построение экономической системы любой страны невозможно представить себе без четкого определения места и роли в ней публичной собственности. Кроме того, важно помнить о том, что отношения собственности выделены наряду с другими элементами экономической системы в число конституционных гарантий правового хозяйственного порядка. Последний, по справедливому утверждению ряда исследователей, признан внутренней опорой экономического суверенитета [1. С. 10].

Однако серьезным недостатком отношений публичной собственности является неполнота их реализации, отсутствие прямой связи между собственником – народом (общиной) – и объектами публичной собственности.

На доктринальном уровне следует пересмотреть подходы, которые сформировались в определении субъекта публичной собственности, его полномочий и форм реализации, объектного состава публичной собственности. В частности, вряд ли удовлетворительной в доктринальном плане можно признать позицию, в соответствии с которой содержательную часть публичной собственности должны составить объекты социальной инфраструктуры либо, в целом, те, которые служат публичному интересу и удовлетворению общих потребностей, не могущие находиться во владении иных субъектов права. При этом акцент преимущественно делается на объектах некоммерческого назначения, относя коммерческие объекты к категории подлежащих отчуждению. В настоящее время такой доктринальный подход, в частности, получил развитие в законодательстве о местном самоуправлении Российской Федерации, которое обязывает сохранить в муниципальной собственности лишь то имущество, которое служит отправлению публичной функции (ст. 50 Закона РФ “Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации). Все остальные объекты, могущие обеспечить получение предпринимательского дохода, должны сменить форму собственности.

В какой-то вариации этот концепт реализуется в Украине, по сути, содействуя обнищанию публичной собственности, лишая ее свойств действенного воздействия на экономику страны.

Таким образом, отчуждая в настоящее время пакеты акций предприятий промышленности, энергетической отрасли, связи и телекоммуникаций, транспорта, медицины, важно призадуматься на миг над вопросом, который явно проступает. А как собственно государство попытается обеспечить устойчивость социально-экономических процессов в стране, а также прирост внутреннего производства в условиях пребывания средств производства в частной собственности? Ведь частный капитал в идеальных условиях, коими являются всемерное соблюдение и обеспечение законности, может оказывать немалый положительный эффект на экономику страны.

Однако такие условия не созданы, и новые собственники государственных активов мыслят по-своему, определяя приоритеты развития собственного бизнеса. При этом не осознавая того, что публичные функции предприятия, целостный имущественный комплекс которого отчуждается в частную собственность, не остаются у государства. Они возлагаются на нового собственника, согласуясь с конституционным принципом “собственность обязывает”. Обязывает к использованию ее во благо, и не только личное, но и общее.

Рыночное саморегулирование должно дополниться социально направленным вмешательством государства в экономические процессы.

Такое вмешательство возможно лишь при условии активного государственного воздействия на экономику через формы государственного предпринимательства, представленные обширной деятельностью государственных предприятий, организаций хозяйственных связей со стороны органов государственной власти и т.д. Данное направление в характеристике правового статуса государства уже давно разрабатывается представителями экономической и правовой науки [3. С. 9] и требует на данный момент своего усиленного изучения. Аналогичные выводы допустимы и применительно к региональным и местным органам власти, влияние которых на протекающие на местах процессы не менее важно в деле обеспечения эффективного функционирования экономической системы страны.

 

Литература

 

1. Мамутов В.К. Правовое обеспечение экономического суверенитета в условиях международной интеграции // Раздел к докладу по исследовательскому проекту “Национальный суверенитет Украины в условиях глобализации”. Донецк: ИЭПИ НАН Украины, 2011. 105 с.

2. Мазаев В.Д. Понятие и конституционные принципы публичной собственности: Учеб. пособие. М.: Ин-т права и публичной политики, 2004. 123 с.

3. Андреев В.К. Сущность и структура предпринимательского права // Бизнес и право в России и за рубежом. 2010. N 3. С. 8 – 14.

Устименко В.А.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code